Внедрить в России систему продуктовых карточек для малоимущих Министерство промышленности и торговли пообещало три года назад, а в июне 2017 года стало известно время старта программы - во второй половине 2018 года ее запустят в тестовом режиме. Сумма выплат на каждого участника программы составит порядка 10 тысяч рублей в год.

И так, когда введут, кому положены и как получить продовольственные карточки, где их будут принимать и что на них можно купить?

Кто придумал продовольственные карточки?
В 2014 году Минпромторг принял «Стратегию развития торговли в Российской Федерации на 2014-2016 годы и период до 2020 года», документ затрагивает сельскохозяйственные рынки, развитие разных форматов торговли и, в частности, продовольственную поддержку малообеспеченных слоев населения.

Термин «продуктовые карточки» быстро разлетелся в СМИ и поднял большой ажиотаж прежде всего из-за негативных исторических ассоциаций: сама по себе система впервые была применена во время Первой мировой войны и в дальнейшем использовалась только в воюющих странах или странах с серьезным дефицитом продуктов (и, как правило, с социалистическим строем).

На деле же речь идет о российском аналоге food stamps - продуктовые карточки в США для социально незащищенных слоев населения. Этой льготой американцы пользуются больше 50 лет, а количество участников программы почти достигло 50 миллионов человек.

Еда за баллы: правительство раздаст малоимущим продуктовые талоны«Определенным категориям граждан имеет смысл держать социальные карты, которые уже во многих субъектах Российской Федерации существуют – либо в виде эксперимента, либо уже в виде постоянно действующей программы (в частности, в Москве), - объяснял министр торговли и промышленности Денис Мантуров. - Мы говорим о повышении качества питания определенных слоев населения, которые, к сожалению, сегодня не имеют возможности купить свежие фрукты, овощи или охлажденное мясо животного происхождения». В тексте самой стратегии программа субсидирования покупки продуктов питания (food stamps) как адресная продовольственная помощь малоимущим названа «косвенной формой протекционизма отечественным производителям, допускаемой правилами ВТО».

В апреле замглавы Минпромторга Виктор Евтухов сообщил, что проект обойдется бюджету в 300 миллиардов рублей (изначально называлась цифра в 240 миллиардов). Из-за недостатка средств запуск программы откладывают с 2015 года. Минпромторг и Минфин рассматривают возможность разделить финансовую нагрузку с бизнесменами - производителями товаров, которые можно будет купить по новой карте.

Кому положены и как получить?
Ожидается, что программа стартует во второй половине 2018 года и начнет работать в полную силу в 2019 году. Замминистра сельского хозяйства Джамбулат Хатуов в мае этого года отметил, что на продуктовые талоны смогут претендовать порядка 19 миллионов россиян с уровнем доходов ниже прожиточного минимума. Точные критерии, по которым будут определять потенциальных участников программы, еще не сформулированы, как и порядок выдачи карт.

Малоимущей может считаться семья любого состава, зарегистрированная по общему адресу и способная доказать, что ее доходы не дотягивают до прожиточного минимума из-за внешних обстоятельств, а не из-за тунеядства кого-то из членов семьи. Тщательно будут отсеивать тех, у кого есть теневые доходы, заниматься этим будут, скорее всего, местные социальные службы.

Чтобы выяснить средний ежемесячный доход семьи, чиновники предлагают сложить доходы всех членов семьи за последние три месяца (включая пенсии, стипендии и пособия), а полученную сумму сначала разделить на три, а затем - на количество членов семьи.

Если итоговая цифра ниже прожиточного минимума в регионе, то семья может считаться малоимущей и рассчитывать на соответствующие льготы.

10 тысяч рублей на продуктовую карточку
Детальный алгоритм работы программы станет известен в 2018 году, пока Минпромторг предлагает следующую схему. Человек получает пластиковую карту, на которую ежемесячно зачисляются баллы (1 балл = 1 рубль), которые можно тратить на еду - определенные продукты отечественного производства.

Как правило, это скоропортящаяся продукция: свежие фрукты и овощи, молоко, рыба, мясо. В список также вошли хлеб, мука, крупы, макароны, сахар, соль, вода, яйца, растительное масло.

Лозунг разработчиков системы: «Только свежее и отечественное».

Не потраченные в течение месяца баллы сгорают, накопить их не получится. В год каждому держателю полагается порядка 10 тысяч рублей на продуктовые карточки (деньги будут начисляться ежемесячно).

Может пополнять карту и самостоятельно - при зачислении собственных средств владелец будет получать 30-50% внесенной суммы в качестве бонуса из бюджета.

Для сравнения: американцы по программе food stamps получают 110-130 долларов ежемесячно.

Кстати, вывод денег с карты будет невозможен, как и покупка с ее помощью табака, алкоголя, деликатесов и «вредных» продуктов вроде чипсов.

Система также не пропустит покупку, если производитель товара не значится среди партнеров программы.

Принимать оплату по продуктовым картам смогут любые торговые предприятия при условии, что они подключатся к особой процессинговой системе и будут предлагать покупателям продукцию отечественного производства.

По неофициальной информации, базой для обслуживания карточек станет национальная платежная система «Мир», созданная как альтернатива системам Visa и MasterCard.

Зачем вводят карточки?
Вопреки опасениям россиян, введение продуктовых карт не означает, что в стране дефицит продуктов или ведется подготовка к войне. Это просто инструмент поддержки потребительского спроса, который нацелен одновременно на отечественных промышленников и малоимущих граждан.

По подсчетам специалистов, каждый бюджетный рубль, потраченный покупателем по программе food stamps, даст оборот в экономике региона 3-5 раз, что выгодно как производителям, так и розничным торговцам.

Кроме того, карточки будут способствовать импортозамещению ряда товаров, потому что за государственный счет планируется установить стабильный спрос на довольно широкий ассортимент продуктов.

Что касается держателей карт, то им по идее, станут доступны продукты, которые они сейчас покупают очень редко или вообще не могут себе позволить.

В Россию возвращаются продуктовые карточки. Минпромторг планирует ввести их в оборот в 2016 году под видом системы поддержки бедных слоев населения. Но проблемами питания это не ограничится. Ведомство рассчитывает помочь отечественному производителю, страдающему от падения потребительского спроса. Забуксовавшую экономику попробуют перезапустить малоимущие россияне.

Одним выстрелом

Талоны на еду, которые в России прочно ассоциируются с советской эрой и дефицитом, возвращаются. Уже к сентябрю Минпромторг разработает проект введения продовольственных карточек. Они станут новым инструментом поддержки малоимущих. Механизм помощи должен заработать в 2016 году.

Пока основные параметры карточной системы неизвестны. Предполагается, что она распространится только на скоропортящиеся товары российского производства. Так, исключается накопление продуктов: пришел в магазин, отоварился и поужинал с благодарностью к государству.

Бумажные талоны остались в прошлом вместе с СССР. Люди получат обычную банковскую карту. Раз в месяц на нее будут поступать бюджетные деньги. Потратить их можно будет только в течение определенного времени и в тех магазинах, которые пожелали присоединиться к программе. Обналичить средства или отложить их про запас не выйдет: по истечении отведенного срока они сгорают. Сумма поддержки пока не объявлена. Но в Кировской области, где запущен пилотный проект, это тысяча рублей в месяц на человека.

Есть и вторая задача, которую пытается решить министерство промышленности и торговли. Карточки позволят подстегнуть потребление. А значит - удержать на плаву отечественного производителя. Все это прекрасно вписывается в программу импортозамещения, за которую как раз отвечает Минпромторг. Таким образом ведомство пытается усидеть на двух стульях: и бедным помочь, и производителей в обиде не оставить.

Разговоры в пользу бедных

Население действительно беднеет. Согласно последним Росстата, реальные зарплаты (с учетом инфляции) россиян в апреле уменьшились на 13,2 процента по сравнению с апрелем 2014 года. В номинальном выражении их средний размер подрос всего на один процент, до 32 тысяч 805 рублей. Для сравнения: в апреле прошлого года реальные выплаты поднялись на 3,2 процента, номинальные - на 10,8.

На протяжении последних полутора месяцев инфляция увеличивается на 0,1 процента в неделю. Рост цен удалось остановить, но ценой снижения уровня жизни населения. На доходы, которые быстро тают, граждане могут приобрести все меньше товаров. Потребительская активность падает, а заодно - и вся экономика. Ведь потребление было одним из главных драйверов для ее роста.

Причина заключалась в росте цен на продук­ты питания и их остром дефиците, вызванном усиленным спросом на предметы продовольствия со стороны армии и их масштабными государственными заготовками (см. Заготовки сельскохозяйственной продукции государственные). Появлению карточной системы предшествовало введение регулирования губерна­торами и городскими управами цен на предметы первой необхо­димости в соответствии с циркуляром Министерства внутренних дел от 31 июля 1914. В 1915 в городах возникли комиссии по регу­лированию цен и продовольственные отделы. Органы городского самоуправления развернули самостоятельные заготовки с целью сдержать рост дороговизны. Заготовленные товары продавались насе­лению с минимальными наценками. Это не принесло ожидаемого эффекта, а только усилило ажиотаж на рынке. Во второй половине 1915-16 продовольственные управы городов начали нормирован­ное распределение товаров по продовольственным карточкам. По мере увеличения набора товаров, отпускаемых по карточкам, в большинстве городов появились целые продовольственные книжки, удостоверявшие право горожан на ежемесячное получе­ние в городских лавках определенного количества различных товаров.

В 1917 карточная система охватывала широкую номенклатуру товаров - сахар, мука, крупа, соль, мыло, спички и другое. Круг то­варов, распределяемых по карточкам, и нормы снабжения со временем могли меняться. В 1917 сельское население стало получать по карточкам сахар и некоторые другие товары через кооперативные продовольственные лавки. В сельской местности карточная система в годы Граж­данской войны не получила широкого распространения. В городском снабжении она, напротив, укрепилась. К нормиро­ванным товарам добавились водка, ткани, обувь. Во многих городах снабжали по карточкам мануфактурой, рыбой, мясом, овощами, керосином, дровами и др. Но выдача нормированных товаров осуществлялась крайне нерегу­лярно. Часто карточки не отоваривали из-за отсутствия запасов, выдавали товары по сниженным нормам, взамен одних товаров выдавали другие. Карточная система открывала широ­кие возможности для злоупотреблений. По сообщениям прессы, не только работники городских лавок, но и руководи­тели продовольственных управ, отвечающие за организацию закупок продо­вольствия, оказывались причастны к спекуляции. Населе­ние возмущали факты, когда карточки не отоваривались, а отсутствующие в городских лавках товары свободно продава­лись на рынке по спекулятивным ценам. Другим поводом для недовольства становилась сама организация распределения. До потребителей многие товары доходили ненадлежащего качест­ва, их получение часто было связано с простаиванием в больших очередях. Тем не менее подавляющая часть на­селения требовала ужесточения карточной системы.

В 1929 в городах СССР, в том числе расположенных в восточных регионах, введена нормированная продажа хлеба и других продовольственных товаров. Государство, искусственно поддерживая закупочные цены на зерно и другие виды сельскохозяйственной продукции на низком уровне, спровоцировало в 1927/28 хозяйственном году хлебный кризис. Перебои в снабжении хлебом в городских поселениях Урала, Сибири и Дальнего Востока возникли уже в 1928.

С введением карточек городское население разделялось на 4 категории: в 1-ю входили рабочие, пайщики пот­ребительской кооперации ; во 2-ю - рабочие, не состоявшие ее членами; в 3-ю - служащие, члены потребительской коопера­ции ; в 4-ю - дети, иждивенцы и все остальные. По по­вышенным нормам и в первую очередь снабжались те, кто имел карточки 1-й категории. Лишенные избирательных прав, не получали карточек. С 1931 было введено обес­печение населения по спискам (особый список, списки № 1, 2, 3), в которые местные власти включали различные ка­тегории населения. Деление осуществлялось не только по социальной принадлежности людей, но и по степени при­оритетности, важности их труда в общем народнохозяйственном комплексе, в жизни общества. Установленные нормы полу­чения продуктов по карточкам должны были обеспечи­вать необходимый минимум потребления. По карточке рабочего, включенного в список № 1, можно было ку­пить 800 г хлеба в день, 4,4 кг мяса, 2,5 кг рыбы, 3 кг крупы, 1,5 кг сахара, 400 г масла, 10 шт. яиц в месяц. Но «отоварить» карточки, т. е. выкупить продукты по этим нормам, удавалось далеко не всегда. Поступавших в сибирские города товарных ресурсов, как правило, не хватало, нормы выдачи сокращались, в магазинах необходимо было выстоять огромные очереди. Часто срок действия карточки оканчивался раньше, чем ее удавалось «отова­рить». В 1929-30 были введены карточки не только на продовольствие, но и на промышленные изделия повседневного спроса. Свободно купить любые товары в системе государственной торговли стало невозможно.

Данные о структуре розничного товарооборота отражают низкий уровень жизни городского населения Сибири в 1930-е гг. Покупки продовольствия составляли в общем товаро­обороте в 1933-37 56-60%, в том числе около 1/3 всех затрат на продовольственные товары шло на водку и другие алкогольные напитки. Из промышленных товаров, составлявших 40-44% розничного то­варооборота, покупались в основном готовая одежда, обувь, ткани, на покупки мебели приходилось только 0,5%, культтоваров - 4%.

Нормированное распределение товаров породило осо­бую систему торговли : закрытые рабочие кооперативы (ЗРК), снабжавшие коллективы крупных предприятий или нескольких мелких. Рабочие и служащие по месту работы при­креплялись к ЗРК, где могли покупать товары народного потребления по так называемым заборным книжкам. Карточная система создала благодатную почву для различных махинаций, хищений и спекуляции. Постоянные проверки выявляли расхож­дения в числе прикрепленных к ЗРК и реально рабо­тающих на предприятии, количестве проданных продуктов и карточек, включение в особый и 1-й список лиц, не имевших на это права. Похищенные из нормированной тор­говли товары продавались на «черном» рынке. Помимо него существовала система коммерческой торговли , в которой товары народного потребления можно было купить свобод­но, но по высоким (в 2-3 раза выше обычных) ценам. В ряде сибирских городов открылись и магазины «Торгсин» (система торговли с иностранцами, где товары прода­вались за валюту или золото).

Дефицит товаров вызывал массовое недовольство, тормозил развитие экономики из-за снижения материальных сти­мулов, что заставило руководство страны принять меры по улучшению снабжения населения. С 1 января 1935 были отменены карточки на хлеб, с 1 октября 1935 - на мясо, рыбу, картофель, жиры, сахар. В 1936 постепенно от­меняются карточки на промышленные товары. Вместо разделения торговых заведений на коммерческие и торгующие по карточкам вновь создается единая система торговли.

Карточная система в годы ВОВ

С начала Великой Отечественной войны продовольственные ре­сурсы страны резко сократились, что обусловило введе­ние жесткой системы нормированного распределения. С сентября 1941 в Омске , Новосибирске , Красноярске , Иркутске и других крупных городах стали продаваться по карточкам хлеб и сахар. В ноябре карточная система распространилась на мяс­ные и рыбные продукты, жиры, крупу, макаронные изделия и др. Продовольственное снабжение горожан производи­лось дифференцированно. Устанавливались 4 группы карточек: для рабочих и ИТР, служащих, иждивенцев, детей до 12 лет. Кроме того, все работающие распреде­лялись по 2 категориям в зависимости от значимости их предприятий для обороны страны. Норма на хлеб была дневной, на остальные продукты - месячной. Рабочим, снабжавшимся по 1-й категории, ежедневно полагалось 800 г хлеба, по 2-й - 600 г, детям и иждивенцам - по 400 г. Более резко различались нормы на другие продтовары. Трудящиеся крупных оборонных заво­дов могли приобрести в месяц 2,2 кг мяса или рыбы, 1,5 кг крупы и макаронных изделий, 600 г жиров. На других предприятиях рабочий паек весил гораздо меньше. Из-за нехватки продовольственных ресурсов одни продукты заменялись другими, худшего качества. Вместо мяса выдавались субпродукты, сахар заменялся низкосортной караме­лью, росло использование на пищевые цели отходов производства мясо-молочной промышленности: сыворотки, обрата, пахты, потрохов и костей. В целях экономии муки до­пускалось повышение влажности хлеба, разрешались различные примеси. С апреля 1942 были уменьшены нор­мы на сахар, и до конца войны для рабочих они не пре­вышали 400 г. в месяц. Осенью 1943 полегчала хлебная пайка. Трудящиеся, снабжавшиеся по 1-й категории, стали получать 600-650 г хлеба в день, по 2-й - 500 г. Вместе с тем с осени 1942 руководству предприятий предо­ставлялось право премировать ударников и стаханов­цев дополнительным пайком. Напротив, для тех, кто не выполнил производственное задание, допустил опоздание на работу или иное нарушение трудовой дисциплины, хлебная норма уменьшалась на 200 г.

Несмотря на суровые законы военного времени, рас­пространились различного рода злоупотребления с вы­дачей и отовариванием карточек. Часть хлебных ресурсов разворовывалась, реализовывалась по запискам руко­водителей. В начале 1942 контрольные органы отмечали отсутствие должного порядка в расходовании хлеба в Новосибирской области , и особенно в Новосибирске. Толь­ко в январе 1942 перерасход хлеба в областном центре составил 1 тыс. т, в феврале - 800 т. Большие масштабы злоупот­реблений проявились и в других городах страны, что вы­нудило правительство создать особые контрольно-учетные бю­ро, которые принимали от торговых организаций талоны и купоны продовольственных карточек в подтверждение реализации нормированных продуктов, а также ежемесячно проверяли контингенты, подлежащие снабжению.

По мере накопления продовольственных ресурсов у государства появи­лась возможность улучшать централизованное обеспечение населения продуктами питания. В годы войны это до­стигалось не повышением норм, а переводом потребите­лей с одних, низких норм на другие, более высокие. В середине 1942 только 2 /5 городского населения получали хлеб по карто­чкам для рабочих и служащих, остальные - по нормам для иждивенцев и детей. К концу 1944 уже половина горожан снабжалась по нормам для рабочих и служащих. Если в I квартале 1943 дополнительное питание получили 12% всех рабо­чих, то в I квартале 1945 - около 50%. При этом удельный вес трудящихся, снабжавшихся по повышенным нормам, в городах Урала и Сибири был одним из самых высоких в стране. В ходе голода 1946 количество населения, снаб­жавшегося по карточкам, было сокращено с 87,8 млн до 60 млн человек в конце 1946. Для отдельных групп городского населения, главным образом для иждивенцев, были урезаны нормы выдачи хлеба. Одновременно уменьшались фонды коммерческой торговли хлебом. Это решение сталинского руководства стало причи­ной резкого роста смертности в ходе голода .

Отмена карточек

Карточная система была отменена специальным постановлением Совета министров СССР и ЦК ВКП(б) от 14 декабря 1947 одновременно с прове­дением денежной реформы конфискационного типа. Некоторые элементы нормированного распределения товаров народного по­требления сохранялись на протяжении всего советского пери­ода. Периодически вводились нормы отпуска дефицитных товаров в одни руки, списки на предприятиях и в уч­реждениях на приобретение товаров. Последним прояв­лением нормированного распределения в конце 1980-х гг. стала система талонов на приобретение дефицитных товаров, в том числе продуктов питания.

Лит.: Букин С.С. Продовольственная проблема в городах За­падной Сибири в годы Великой Отечественной войны // Проблемы труда и быта городского населения Сибири (1940-1990-е гг.). Ново­сибирск, 1992; Исаев В.И. Коммуна или коммуналка? Изменения быта рабочих Сибири в годы индустриализации. Новосибирск, 1996; Косых Е.Н. Цены в Томске в 1917 году // Вопросы экономической истории России XVIII-XX вв. Томск , 1996; Осокина Е.А. За фаса­дом «сталинского изобилия»: распределение и рынок в снабжении населения в годы индустриализации. 1927-1941. М., 1998.

Минпромторг рассказал подробности планов внедрения адресной продовольственной помощи для малоимущих – так, как это принято во многих странах мира. Программа должна убить сразу двух зайцев: оздоровить рацион питания малоимущих и помочь отечественным производителям. Главным образом – и так процветающим крупнейшим агропромышленным холдингам.

Нуждающиеся граждане получат специальные карты, на которые будут перечисляться «эквиваленты денежных средств» – баллы или бонусы. На них можно будет купить практически любые отечественные продукты, кроме алкогольной и табачной продукции и прочих «вредных» продуктов типа кофе, рассказали в Минпромторге.

Ведь эти продукты не улучшают рацион питания, а это главная социальная цель программы. Не случайно составлять перечень продуктов для программы помогал Минздрав. В перечень вошли хлеб, мука, крупы и макаронные изделия, картофель, овощи и бахчевые, свежие фрукты и сухофрукты, сахар, соль, питьевая вода, яйца и растительное масло, а также мясо, рыба, молоко и продукты из них. Кроме того, в список внесены саженцы, семена и корма для сельскохозяйственных животных, что особенно актуально для сельского населения.

Карты могут быть использованы во всех магазинах, готовых работать в центральной процессинговой системе, создания отдельной торговой сети для данного проекта не требуется. Баллы накапливаться не будут, в течение месяца их надо будет потратить, иначе они «сгорят».

Кому и сколько

Эксперты долго рассуждали, сколько денег государство может выделить на продкарты и кто сможет их получать. В сентябре прошлого года Минпромторг оценил потребность программы в 240 млрд рублей, а число участников – в 15–16 млн человек. Однако позже министерство представило другую оценку: в 2017 году на программу будет направлено 70 млрд рублей, а выплаты могут составить 1,4 тыс. рублей в месяц. Это значит, что выделенных средств хватило бы на поддержку в течение года около 4,2 млн человек.

Однако теперь сумма, выделяемая государством, увеличена вдвое. На программу продовольственной помощи стоит выделить 140 млрд рублей, заявил глава Минпромторга Денис Мантуров. Если исходить из выделения в месяц 1,4 тыс. рублей, то при таком объеме финансирования программа сможет помочь с покупками около 8,3 млн человек.

Если распределить 140 млрд рублей между 20 млн человек (об этом количестве нуждающихся речь шла изначально), тогда они получат по 7 тыс. рублей в год, или по 583 рубля в месяц. При этом расходы на реализацию проекта и эмиссию продуктовых карт могут съесть до 25% выделенных из бюджета средств, замечает гендиректор «Мани Фанни» Александр Шустов.

Кто будет иметь право на получение продуктовой карты, пока неизвестно, критерии будут определены позже. Да и сколько в реальности будет выделено, тоже еще не ясно, так как сама программа находится на рассмотрении правительства. Анна Бодрова из «Альпари» уверена, что 140 млрд рублей на покупку отечественных продуктов не дадут как минимум потому, что в бюджете нет свободных сумм подобного порядка.

Впрочем, у Минпромторга есть идея разделить финансовую нагрузку с бизнесом – производителями продуктов. Резон у производителей в этом есть. Они смогут условно пополам с государством продавать продукты со скидкой для ряда категорий граждан, выполняя социальную функцию. С другой стороны, производители смогут надеяться, что государство станет меньше регулировать цены на ряд важных социальных товаров. И, в конце концов, производители смогут нарастить свои продажи. Главное доказать, что это действительно продукт, произведенный в России.

Эффективность программы

В самом Минпромторге и других ведомствах настаивают на том, что эта программа убивает одним выстрелом двух зайцев. С одной стороны, помогает улучшить рацион питания нуждающимся гражданам. С другой – помогает отечественным сельхозпроизводителям и стимулирует потребительский спрос, а также в целом поддерживает российскую экономику. В частности, озвучивались надежды на то, что каждый вложенный в программу рубль может дать дополнительно 2 рубля для ВВП страны. Такой эффект заложен в похожей программе США по льготной покупке продуктов питания. Каждому участнику программы выдавали в среднем 125 долларов в месяц в 2014 году.

«Общий итог вложения средств в отечественную экономику может дать двойной прирост, если посчитать цепочку получения денег от потребителей к производителям, поставщикам ресурсов и логистам, после чего проследить ее обратный ход в виде отчисления от заработной платы и налогов обратно в бюджет государства. Но это опять же в идеале, а на практике все будет зависеть от подхода к реализации программы», – объясняет Сергей Звенигородский из УК «Солид Менеджмент».

Однако и социальный, и экономический эффекты имеют подводные камни. Во-первых, указывает Бодрова, социальная поддержка по этой программе будет сжатой по срокам, так как цены на продукты растут планомерно и постоянно. Чтобы программа продолжала оказывать социальный эффект, объемы ее финансирования потребуется постоянно увеличивать. Во-вторых, далеко не все россияне, которым нужна соответствующая помощь, смогут собрать нужное количество бумаг и справок.

Некий экономический эффект от реализации программы, конечно, будет, но получат его далеко не все игроки рынка. «Не факт, что фермерам и небольшим производствам удастся пробиться в этом направлении», – считает Анна Бодрова.

Да и в целом эксперты сомневаются, что эта программа окажет выраженное влияние на ВВП. С учетом негативной динамики потребления, вызванной все еще высокими темпами инфляции и отстающим ростом реальных доходов населения, 140 млрд рублей не позволят достигнуть перелома ситуации просто потому, что это мизерный объем в масштабах рынка, говорит Александр Шустов. Для сравнения: выручка только одной X5 Retail Group в 2016 году составила 1,025 трлн рублей, а в целом оборот розничной торговли в России в прошлом году составил 28,13 трлн рублей (падение на 5,2%).

Шустов считает, что более эффективным с экономической точки зрения было бы пустить эти средства на поддержку фермеров, которых активно вытесняют с рынка агрохолдинги. «За 10 лет количество фермерских хозяйств в России сократилось в 1,6 раза с 285 тыс. до 174,5 к 2016 году в связи с высокой стоимостью кредитов и тем, что попасть на прилавки розничных сетей они попросту не могут. При этом производство продуктов питания сосредоточено в России в руках 10–15 крупнейших агрохолдингов», – поясняет собеседник.